derdr (derdr) wrote in beskomm,
derdr
derdr
beskomm

Categories:

Итоги непальской революции. Часть 3

Часть 3: Лидеры

“Прачанда был мастером тактики, прагматичным политиком, харизматичным, но таинственным лидером, агитатор и главнокомандующий, все это в объединилось одном человеке ”
Битвы за новую республику: современная история Непала




Командующий - “Если бы мы не пошли на компромиссы, все закончилось бы гораздо хуже”
Интеллигентного вида человек в синем костюме и галстуке, сидящий на кожаном диване, едва ли может напоминать тот устрашающий образ таинственного военного лидера маоистов. Шестидястиоднолетний Пушпа Камаль Дахал, более известный под партизанской кличкой прачанда, председатель Коммунистической Партии Непала (маистко-центристской) и текущий премьер-министр Непала. Он возглавлял маоистов во время войны и десятилетия жил скрываясь.

Но в 2006-ом году, он принял идею мульти-партийной демократии, подписав мирное соглашение. Теперь он объясняет изменения тактики своей партии так: «Борьба необходима, но форма борьбы должна быть мирной и демократической».
Но спустя 10 лет после окончания войны надежды миллионов непальцев, веривших маоистами, уступили место пессимизму и недоверию, поскольку их требования относительно серьезных изменений в экономической и политической структуре остаются неудовлетворенными.
Этнические меньшинства, такие как мадхеси и тхару, говорят, что новая конституция, принятая в сентябре, игнорирует их требования и что маоисты предали их.


С холмистых земель района Ролпы стартовала маоистская революция

Но прачанда защищает позицию своей партии по поводу конституции: “Вопрос конституции - республиканизм, федерализм и секуляризм и права маргинализированных народов; все эти основные проблемы были рассмотрены в новой конституции », - говорит он, добавляя, что в конституцию можно по-прежнему внести поправки, чтобы рассмотреть жалобы тех, кто не удовлетворен текущим положением.
прачанда получил должность премьер-министра Непала второй раз в июле.
В 2008 году маоисты, которые доминировали в первом Конституционном собрании (КС), уничтожили монархию на первом заседании и объявили Непал светской республикой. Но с тех пор изменения в жизни республики, похоже, закончились.
«Новая демократическая революция должна была разбить феодализм и империализм, но мы не смогли полностью разбить феодализм», - признает Прачанда.

Лидера маоистов обвиняют в компромиссе по ряду требований партии времен войны. Но он говорит: «Если бы мы не пошли на компромисс, подписав мирное соглашение и пошли на выборы, коммунистическое движение могло бы быть саботировано или все могло закончиться еще хуже».
Бывший партизанский лидер, который когда-то вел простую жизнь на холмах Непала, подвергся критике за то, что якобы приобрел вкус к роскоши после войны.

Его особняк в престижном районе Лазимпат в Катманду охраняется коммандос из той же армии, которую он возглавлял в течение 10 лет.
Родившийся в нижнем слоях среднего класса, высшей касты брахманов, в районе Каски, Прачанда когда-то мечтал вступить в Королевскую Непальскую армию после окончания среднего образования. Но вместо этого, он поступил в сельскохозяйственный колледж в Читване. Там он оказался под влиянием трудов Маркса, Сталина и Мао. Он стал учителем, и как многие из его товарищей, присоединился к коммунистическому подполью, борющемся против феодализма в Непале. В 1979 году он оставил свою преподавательскую работу и стал заниматься только политикой. Семь лет спустя Коммунистическая партия Непала (Машал), членом которой он являлся, начала вооруженное восстание против правительства. Но с такими силами и очень небольшим опытом подобных действий, восстание потерпело неудачу.

Киран, тогдашний лидер партии, подал в отставку в 1989-ом году и назначил Прачанду новым лидером.
Когда прачанда стал лидером, партия считалась маргинальным политическим игроком. Но его организаторские способности и революционная риторика помогли сагитировать тысячи непальцев, особенно из этнических меньшинств.
«Было понимания того, что все эти маргинальные этнические и культурные группы просто отсутствовали в государственном управлении», - объясняет Адитья Адхикари, автор «Пуля и избирательный бюллетень: «История маоистской революции».
Адикхари утверждает, что маоисты использовали исторические сложившееся недовольство этнических меньшинств Непада, которые другие демократические партии не признали.

Вдохновленные партизанами Сияющего Пути (боевое крыло Коммунистической партии Перу), маоисты начали войну 13 февраля 1996 года. В то время у них было всего два винтовки, которые ЦРУ поставили тибетским мятежникам еще в 1961 году.
В 2012 году Киран рассказал журналисту и автору Прашанту Джа, почему он выбрал Прачанду, чтобы заменить его на этом посту: «Я увидел в нем талантливого молодого революционера.”

Но после войны, у Прачанды появились серьезные идеологические разногласия с его бывшим политическим наставником Кираном, который, в итоге, покинул партию в 2012 году. Лидеру маоистов удалось собрать отколовшиеся фракции только в мае этого года.
Находясь под сильным влиянием китайского лидера Мао Цзэдуна, Прачанда придумал свою собственную идеологию, под названием «Путь Прачанды», которая была принята в качестве официальной партийной линии в 2001 году. Но его переход от ведения успешного вооруженного восстания к беспорядочной и напрямую раскольнической политике в Катманду было каким угодно, но не гладким.


Площадь Дарбар в Катманду была построена во времена династии Малла в 15-ом веке


Он стал премьер-министром после первых послевоенных выборов в 2008 году, но его решение уволить тогдашнего командующего армией привело к тому, что его сняли с поста в следующем году. Многие из них считали, что две самые неотложные задачи, стоящие перед новым правительством - урегулирование судьбы тысяч маоистских партизан и написание новой конституции, ушло на второй план. Вместо этого Прачанда и его партия втягивалась в один спор за другим.

В 2013 году, когда были проведены вторые послевоенные выборы Конституционного собрания, маоисты проиграли.
«Если бы Прачанда сосредоточился на попытке закончить мирный процесс в стране, а затем работал бы только над конституцией, он бы занял свое место в истории», - говорит Прашант Джа. «Их ошибка заключалась в том, что они открыто вступили в политическую дискуссию. И проиграли её. В чем была причина увольнения командующего армией? »- спрашивает он.

Маоисты может и в упадке, но Прачанда верит, что это временно.
«Реализация конституции и инициирование процесса экономического развития - наш главный приоритет», - говорит он.

Идеолог - “Непал будет самой развитой страной в Южной Азии”

4 февраля 1996 года лидеры маоистов Бабурам Бхаттари и Памха Бхусаль встретились с премьер-министром Шер Бахадуром Деубой в Катманду. Они передали письмо, содержащее 40 требований от партии, и назначили 17 февраля в качестве крайнего срока для правительства, чтобы принять их или маоисты начнут войну. Но за четыре дня до истечения крайнего срока, маоисты устроили серию нападений на полицейские посты в Непале, начав, таким образом, десятилетнюю войну.

«Маоистская партия стала машиной войны против старого феодального самодержавного государства», - объясняет Бхаттари, который был теоретиком и идеологом маоистской партии во время войны, из своей резиденции в районе Лалитпура долины Катманду.
Бабурам Бхаттари покинул партию маоистов после того, как в прошлом году была принята конституция
Как и многие его товарищи, Бхаттари был глубоко обеспокоен нищетой, экономическим неравенством и массовой неграмотностью в стране.
Через два года после начала войны Бхаттари написал статью «Политико-экономическое обоснование народной войны в Непале», в которой он критиковал крайне неравное распределение земли и повальную бедность.
Установление новой демократической социально-экономической системы и создание нового государства, писал он, есть цель войны.
Добились ли они этих целей? «Я думаю, что что-то мы смогли выполнить, но и не смогли добиться решения некоторых вопросов. В целом, я думаю, что это было позитивное событие в истории Непала », - размышляет Бхаттари.

«С принятием новой конституции в Конституционном собрании и объявлением страны федеральной демократической республикой большинство политических требований было выполнено», - поясняет он, добавив, что «экономическая часть революции еще не завершена».
После чтения коммунистической литературы Бхаттарай начал свой долгий путь политического активиста коммунистической партии. Он родился в 1954-ом году, в том же году, что и Прачанда, в районе Гурка, в бедной семье крестьян-брахманов. Образование тогда было главным образом привилегией городской элиты, но ему посчастливилось попасть в христианскую миссионерскую школу.

Бхаттари, блестящий ученик, получил стипендию на изучение архитектуры в индийском городе Чандигар. Он закончил свою диссертацию в Нью-Дели, где познакомился с женой и своим будущим товарищем Хисилой Ями. В 1986-ом году, в университете Джавахарлала Неру в Нью-Дели, он закончил свою докторскую диссертацию по философии. Его докторская диссертация называлась “Природа недоразвитости и региональные структуры Непала: марксистский анализ” - стала политическим и экономическим манифестом для «Народной войны».
Пока он жил в Индии, он организовал всеиндийскую ассоциацию студентов-непальцев.

В 1991-ом году, когда после ряда уличных протестов, король Бирендра возродил непальскую демократию, Бхаттари стал лидером Самюкта Яны Морча - официальной части партии маоистов.
Прачанда же, тогда еще не особо известный, обозначил военную стратегию маоистской партии. После начала войны оба переехали в соседнюю Индию и вернулись только на последней фазе конфликта в 2004-ом.

Во время войны Бхаттари стал также пресс-секретарем партии в прессе Непала. Бхаттари считал, что монархия является основной проблемой страны. Его публичное противодействие многим идеям Прачанды, таким как общения с монархической верхушкой во время войны, а не укрепление союза с традиционными демократическими партиями, не понравилось партийному руководству.

В 2004-ом году он был отстранен от партии и помещен под домашний арест, якобы по воле Прачанды. В следующем году маоисты потерпели крупную военную неудачу в селе Хара района Рукум. Потери заставили Прачанду замириться с Бхаттари. В октябре 2005-го года маоисты собрались в Чунбане в района Ролпа, где политическая цель партии изменилась с установления народной республики, на установление демократической республики, в соответствии с идеями Бхаттари.

Прачанда был человеком действия, а сила Бхаттари была в его глубоком понимании социально-экономической ситуации в Непале. Вместе они совершили одну из самых успешных революций современности. «Сложились отношения сотрудничества и конкуренции, отношения, в которых оба постоянно возмущались отдельными качествами друг друга, но признавали, что дополняют друг друга», - пишет Прашант Джа.

Бхаттари был одним из ключевых участников переговоров по мирному соглашению 2006-го года, и именно в его бытность премьер-министром был довершен процесс мирной интеграции маоистских бойцов. Он был министром финансов в первом маоистском правительстве, которое возглавлял Прачанда. И когда новая конституция страны была принята под его председательством, он признал, что этнические и культурный меньшинства не получили ничего. Он публично высказался в поддержку возмущений мадхеси по поводу конституции, когда большинство партий либо ушли от ответа, либо прибегли к националистической риторике. Бхаттари покинул маоистскую партию после принятия конституции, подчеркнув, что самой большой проблемой, стоящей перед Непалом, является экономическое процветание.

«Чтобы добиться экономического развития, маоистская программа не очень подходит, учитывая нашу национальную и международную ситуацию», - объясняет он, глядя на портрет Ленина в своей гостиной: «Окончательная победа будет нашей».
Бхаттари сформировал новую партию под названием «Ная Шакти» (Новая сила), которая, по его мнению, «встанет на путь быстрого экономического развития».

«Хотя у нас есть сейчас определенные проблемы, но если нам удастся сагитировать часть людей и объединить их под знаменем новой альтернативной политической силы, через несколько десятилетий Непал станет самой развитой страной в Южной Азии», - заявляет решительно Бхаттари.

Хроникер - “Народная война была мечтой, которую маоисты воплотили в реальность”

В придорожном кафе в районе Чабахил, Катманду, Хагендра Сангрол сидит один за столом, курит и пьет чай.
Сангрол - ведущий марксистский литературный деятель Непала. Его книги, эссе и статьи, получавшие многие литературные награды, очень популярны и печатаются повсеместно.

«Меня вдохновил коммунизм и я начал писать», - объясняет он. «В начале я писал о далитах (неприкасаемых), бедных и отсталых», - продолжает он, пока тканевый козырек кафе выгибается на ветру.
От монархии эпохи Панчаята до возрождения демократии в 1990-х годах, и от вооруженного восстания маоистов до свержения короля в 2008 году - Сангрола задокументировал все.

Он написал 14 книг, включая три новеллы о жизни внутри кастовой системы Непала.
Он также перевел на непальский марксистскую литературу, в том числе произведения Мао, которые вдохновили тысячи молодых непальцев, особенно представителей из угнетенных каст.

В своей книге Прашант Джа пишет, что Прачанда говорил: «Брат (Сангрола), мы выросли, читая твои работы».
Сангрол родился в 1946-ом году в районе Панчхар в восточном Непале, и в 1967-ом году переехал в Катманду, чтобы продолжить учебу. Именно там он впервые был вовлечен в анти-монархическую деятельность.
Его интерес к марксизму развивался по мере общения с другими молодыми левыми. Такие глобальные события, как война во Вьетнаме и опыт коммунизма в России и Китае, сформировали его взгляды.


Хагендра Сангрол перевел сотни коммунистической литературы на непальский


Он начал работать с Ниранджаном Говиндом Байдйей, старшим лидером коммунистической партии, который также руководил книжным магазином в Катманду. Начал свою деятельность в коммунистической партии работая с Ниранджаном Говиндом Байдой, одним из лидеров коммунистической партии, который также держал книжный магазин в Катманду.

Первый роман Сангролы, «Четана Ко Пахило Даак» («Зов первого сознания»), который он написал в 1971 году, касался темы коммунистической идеологии и революции.

С 1971 года он перевел 30 книг на непальский. Первым был роман Нгока Нгуена о Вьетнаме под названием «Деревня, которая не погибнет».
Большинство книг, которые он перевел, были русскими и китайскими революционными романами, сыгравшие важную роль в пропаганде коммунистической идеологии в Непале.

«Новая демократия Мао Цзэдуна стала священной книгой коммунистов Непала», - говорит он, добавив, что ленинско-маоистская литература впервые появилась в Непале - на хинди - из Индии. «На непальский коммунистическая литература была переведена гораздо позже», - объясняет семидесятилетний писатель.

Сангрол описывает, как коммунистическое вооруженное восстание в Индии (Восстание Наксалитов - террористического крыла маоистов Индии), повлияло на коммунистов Непала. «Кхадга Прасад Шарма Оли, бывший премьер-министр Непала, пришел из этого движения в 1971 году», - говорит он.

Его роман 1999 года «Юнькирико Санге» («Музыка светлячков») изобразил отношения между далитами (неприкасаемыми) и высшей кастой Непала в эпоху Панчаята. Роман восхваляли в литературных кругах, но маоисты приняли его холодно.
«Юнкирико Санге был о тяжелом положении далитов», - объясняет он. Но маоисты считали, что там слишком приукрашена помощь неправительственных организаций Непала далитам.

“Кажется, что это было написано специально, чтобы высмеять марксизм, коммунистическую партию, классовую борьбу, народное сопротивление и революцию” - написал тогда Прачанда о книге. Но Сангрол настаивает, что коммунисты даже не задумывались тогда о повседневных проблемах народа, такими как здравоохранение, образование и работа.

“Они говорили только о большой политических перспективах. Коммунисты хотели захватить государство, и считали, что после этого все проблемы решаться сами собой”, - говорит он с улыбкой. Но тут же добавляет - “Коммунистическая партия и её массовая работа с населением помогло массам начать осознавать свои права”.

Несмотря на теплые отношения со многими коммунистами и маоистами, он никогда не колеблется в их критике. “Я никогда не присоединялся к какой-либо партии. Всегда пытался смотреть со стороны. Вот почему я имею возможность критиковать коммунистов” - объясняет он. «В некоторых местах меня называют другом Бабурама и Прачанды. Они думают, что я тоже маоист.” - говорит он, улыбаясь.
Но в своей долгой карьере писателя и активиста Сангрол всегда был на более умеренной стороне - и за это постоянно подвергался критике со стороны маоистов. “Я никогда не был слишком радикален в своих идеях, наверное, поэтому я и выжил как писатель», - размышляет Сангрол.
Тем не менее автор признает серьезный вклад маоистов. “Много изменилось в Непале” - говорит он. “Народная война была мечтой, которую маоисты воплотили в реальность”.

«Далиты, тхару, адиваси, мадхеси и тысячи женщин из других каст поднялись против государства в борьбе за свои права, что они никогда раньше не могли даже помыслить. Но Сангрол считает, что маоисты забыли про свои идеалы, после прихода к власти.
«Маоисты больше не маоисты», - заключает он. «Они националисты».

Перевод Романова Александра
Оригинал


Tags: Романов, капитализм, коммунизм, контрреволюция, марксизм, общество, оппортунизм, перевод
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments